О выходе из металлургического бизнеса и продаже акций «Индустриального Cоюза Донбасса» «k:» рассказал один из его основателей, а ныне руководитель группы советников премьер-министра Украины Виталий Гайдук.– Виталий Анатольевич, можете ли Вы подтвердить факт продажи 50% + 2 акции ИСД?– Я могу подтвердить, что моя семья продала все принадлежащие нам акции компании ИСД нашим партнерам: господину Таруте и господину Мкртчану. К последующим сделкам я не имею никакого отношения.
– Когда была совершена сделка?– Сделка длилась два года, и завершили мы ее 30 декабря. В четвертом квартале 2007 года я сказал партнерам, что хочу выйти из бизнеса, и подписал соответствующие бумаги. По нашему корпоративному соглашению, у них появилось преимущественное право в выкупе моей доли.
– Как это соглашение регулирует отношения в корпорации?– При наличии трех акционеров кроме уставных соглашений в компании всегда есть и корпоративное соглашение, потому что при равных акционерных долях у нас возникает конструкция, которая отличается от общепринятых правил. У нас было предусмотрено, что большая часть вопросов принимается консенсусом. Для принятия решения есть условие – поддержка более 70% голосов, но по сути дела решение не может быть принято без общего согласия. Допустим, на обсуждение выносится некий вопрос, а решения по нему нет. Возникает «тупиковая ситуация» – deadlock. Как из нее выходить? Когда кто-то один не согласен с остальными, он может предложить партнерам выкупить его долю, назначив свою цену. Если он ее завышает, партнеры могут предложить ему в ответ такое же право выкупить их доли. Или же они могут принять общее решение о продаже компании.
– Как проходил данный процесс?– Поскольку у партнеров появилось право первыми приобрести мою долю, они письменно подтвердили это стремление. Это стадия номер один. Если бы в определенный срок данное право не было реализовано, то наступила бы вторая стадия. Поскольку мы исходили из идеи невраждебной продажи, то мог быть предложен перечень комфортных партнеров – потенциальных покупателей. Ведь в ситуации, когда у всех участников равные доли, при некомфортном партнере снова может наступить deadlock: решения не принимаются, потому что нет консенсуса. Если бы и эта стадия не завершилась результатом, тогда я смог бы продать свою долю кому угодно. Мы находились два года на стадии номер один. И я рад, что мои партнеры успели до 31 числа закончить сделку.
– Учитывая длительность сделки, изменилась ли ее стоимость?– Да, кризис повлиял на конечную цену.
– Известны ли Вам покупатели 50% + 2 акций ИСД?– В рамках двухлетней сделки длилась определенная процедура. Понятно, что Сергей Тарута и Олег Мкртчан искали партнеров, но я в этих переговорах не участвовал. Ранее были контакты с Алишером Усмановым. Были достаточно серьезные переговоры с «Евразом», но кризис помешал закончить сделку.
