Сохранение контроля государства над ГТС остается символической победой за весь период независимости страны.В течение 22 лет независимости Украина ухитрилась не утратить государственный контроль над атомной энергетикой, как это произошло в Армении, и сохранить контроль над национальной ГТС в отличие от Беларуси. Помогла ли такая политика экономическому развитию Армении и Беларуси, вопрос полемический. Что касается Украины, сохранение контроля над АЭС все еще дает возможность перекрестного дотирования более слабых отраслей угледобычи и тепловой энергетики за счет дешевой электроэнергии атомных станций. Сохранение же контроля над ГТС позволяет государству рассчитывать на не менее веские стратегические дивиденды. Это, во первых, несколько миллиардов долларов в год транзитных доходов. И, во вторых, что весомее, — возможность привлечь в Украину миллиарды долгосрочных инвестиций, которых требует освоение новых сухопутных и морских месторождений нефти и газа. Если бы государство утратило контроль над магистральными трубопроводами и подземными хранилищами газа, крупные инвесторы не имели бы гарантий прямого доступа к системе сбыта добываемой продукции. А мало кто захочет добывать ресурс, чтобы потом передавать его для транспортировки по большому счету конкурентам.
Пока возможностью Украины предоставить такие гарантии сумели воспользоваться немногие. Пионером в этом деле стала Shell Exploration, которая взяла на себя ответственность за доразведку и освоение новых ресурсов Восточной Украины — ряда сланцевых месторождений газа Юзовской площади, а также дюжины традиционных месторождений природного газа Днепровско-Донецкой впадины (ДДВ). Оптимисты считают, что к одам усилия Shell помогут компенсировать газовому балансу Украины дефицит, возникающий от сокращения добычи на Шебелинском газовом месторождении, некогда самом крупном в Европе. Добыча здесь упала с 5,4 млрд. м3 в 2001 году до менее чем 0,4 млрд. м3 в 2012 м. Первоначальные инвестиции Shell составят $200 млн., общая сумма вложений в дальнейшем может быть $10 млрд. и более.
Пока ресурсы ДДВ и всего Восточного нефтегазоносного региона Украины таких инвестиций не знают. Сейчас там расположено около 170 небольших добывающих промыслов, и именно вокруг них за годы независимости страны сформировался новый центр украинской нефте- и газопереработки. С 1991 года и до середины 2000 х местные ресурсы уходили большим НПЗ, сейчас же они почти все перерабатываются на месте. Формально это произошло из-за глубокой депрессии всех больших украинских нефтеперерабатывающих заводов. В результате целенаправленной политики российских владельцев все они на протяжении постприватизационных 1999–2012 годов так и не были модернизированы. Сегодня, конечно, можно говорить о планах национального капитала поднять отечественные НПЗ, которые полностью утратили конкурентоспособность по сравнению с аналогичными заводами в соседних государствах — Беларуси, РФ, Литве или Румынии. Это можно даже назвать поводом для оптимизма. Однако реальные изменения требуют серьезных вложений. Если модернизация действительно произойдет, это будет серьезный шаг к энергонезависимости. Пока же доля импорта на отечественном рынке нефтепродуктов превысила 60%.
