Если поверить, что газовая блокада Украины, а затем Туркмении была лишь прелюдией к несостоявшейся «большой российско-китайской газовой игре», выходит, что политика российской монополии в следующем году станет еще более непредсказуемой.Российский «Газпром» и китайская CNPC 12 октября заключили второй за последние пять лет меморандум о сотрудничестве в сфере поставок природного газа. Документ призван расширить инструментарий ценового давления правительства РФ на потребителей газа в ЕС и Украине — даже номинальный выход на обширный китайский рынок даст россиянам вполне логичный повод требовать от европейцев высоких цен на газ и в периоды низких мировых цен нефти и «голубого топлива».
Блеф как предтеча новой агрессииПервоначально Москва готовила к нынешним переговорам не меморандум, а проект соглашения о стратегическом сотрудничестве в сфере поставок газа. Удалось подписать лишь очередной протокол намерений. Стороны договорились к концу первого квартала 2010 года разработать ценовой договор, который обозначит объемы газа и пути его поставок. «Мы видим поставки по двум маршрутам — западному, из Сибири, это около 30 млрд. м3, и восточному, с Сахалина, это около 38 млрд. м3. Предлагаем выйти на общий объем в 68 млрд. м3», — заявил глава «Газпрома» Алексей Миллер, добавив, что это примерно половина от того, что «Газпром» планирует поставить в ЕС в текущем году. По его словам, строительство начнется, после того как стороны договорятся о цене, и займет не менее трех лет.
Заместитель Миллера по производству Александр Аннаненков отметил, что состоявшиеся переговоры «это не прорыв, но уже движение вперед». Ранее все двигалось назад. Первый акцент на китайском рынке как на инструменте запугивания традиционных потребителей в Украине и ЕС власти РФ попытались сделать еще в 2006 году. Тогда был заключен во многом аналогичный российско-китайский газовый меморандум. Он оказался полностью сорванным. По нему предполагалось, что с 2011 года стороны должны начать поставку до 15 млрд. м3 газа в год из Западной Сибири в западную провинцию КНР Сицзян после расширения уже существующей российско-казахстанской газопроводной системы «Алтай». По этому сорванному договору в том же году Москва и Пекин намеревались начать строительство газопровода Восточная Сибирь — Тихий океан, чтобы уже к 2015 году вывести поставки газа в КНР на твердую цифру в 64 млрд. м3.
Этим планам не суждено было осуществиться, поскольку в ходе проекта РФ и КНР не удалось договориться о цене газа. Свято веря в вечно высокую опорную мировую цену нефти, «Газпром» уверенно взялся навязать Пекину цену газа не ниже, чем тогдашние средние цены ЕС, то есть разбег в $320–370/1 тыс. м3. КНР как абсолютно новый и к тому же быстро растущий импортер газа всерьез обиделся за сравнение себя с Европой, которой «Газпром» навязал зависимость еще во времена СССР. Ответ Пекина был суровым. В одах он сумел в достаточно сжатые сроки договориться о ценах конкурентного и гораздо более крупного проекта (им стал газопровод Туркменистан — КНР мощностью 30 млрд. м3 в год) сразу с тремя государствами Средней Азии — поставщиком Туркменистаном, а также компаниями-транзиторами из Узбекистана и Казахстана.
