Владельцы украинской энергетики постараются утопить проект объединения энергосистем Украины и ЕС в бюрократическом болоте.НА ПУТИ сближения с ЕС у Украины появилась еще одна задача: объединение энергосистем. Эта интеграция резко повысит возможности нашей страны в торговле энергоресурсами с Европой. Но решить эту задачу будет крайне сложно, поскольку она требует кардинальных изменений правил игры на рынке, в которых не заинтересована ни одна местная бизнесгруппа.
СЕТЕВОЙ МАРКЕТИНГ
На днях глава Минэнерго Юрий Продан подписал приказ № 409, которым был дан старт синхронизации энергетических систем Украины и Европейского союза. Решением организационнотехнических проблем будет заниматься рабочая группа во главе с замминистра Вадимом Улидой. Поставленная перед ним задача, мягко говоря, амбициозна, ведь ее нужно выполнить до конца 2016 года. В нынешних реалиях уложиться в такой короткий срок крайне сложно, так как синхронизация энергосистемы Украины со странами ЕС — это деньги, которых у страны нет.
Общую сумму необходимых инвестиций пока никто не считал, но то, что она будет с девятью нулями, не сомневается никто. Например, Польше вход в объединенную энергетическую систему Европы стоил $4 млрд.
Опыт стран Восточной Европы показывает, что львиная доля денег тратится на приведение энергетической инфраструктуры государства в соответствие с европейскими нормами. Одно из них — выполнение требований к первичному и вторичному регулированию частоты. В этом плане Украина не будет исключением: в ее энергосистеме частота может колебаться от 49 до 50,5 Гц, тогда как европейской нормой является 50 Гц. Если к этой задаче добавить и мероприятия по продлению сроков эксплуатации энергогенерирующего оборудования, то бюджет вливания электроэнергетического сектора Украины в сети объединенной Европы легко выйдет за пределы $10 млрд.
Как это было
Первый опыт объединения с европейской энергосистемой Украина получила в 2002 году, когда начал работу так называемый «Бурштынский энергоостров». Для того чтобы он смог работать в параллельном режиме с Европой, украинские специалисты потратили на обновление его инфраструктуры 120 млн. грн. и шесть лет. При этом речь о коренной замене генерирующего оборудования не шла: Бурштынскую ТЭС обеспечили автоматизированной системой управления работой энергоблоков, тем самым обеспечив такую же, как и в Европе, частоту в сети (50 Гц). При этом станция взяла за правило оставлять в резерве мощности, которые она может включить в сеть в случае форс-мажорного выхода из строя одного из блоков. Это обстоятельство значительно ограничивает экспортный потенциал Украины, поскольку генерирующие экспортные мощности «острова» составляют всего 600 МВт, что в десять раз меньше потенциала ЛЭП, по которым энергию можно передавать в Европу. Если энергорынок страны полностью объединится с ЕС, это ограничение будет снято.
Но даже такая цифра не должна пугать официальный Киев, ведь инвестиции в энергосистему окупятся сторицей. Речь о том, что переход нашей страны на параллельный режим работы с европейцами создаст технические условия для увеличения объемов поставок электроэнергии. Разница колоссальна. Так, сейчас с так называемого Бурштынского энергоострова (Бурштынская ТЭС с электросетями Закарпатской, ИваноФранковской и Львовской областей) мы ежегодно продаем в Европу до 5 млн. МВт•ч. А после объединения с Европой сможем экспортировать в шесть раз больше. Об этом свидетельствует опыт прошлых лет, когда на исходе существования СССР Украина продавала в Центральную Европу и на Балканы почти 30 млн. МВт•ч в год.
