Украина решила поучаствовать в общеевропейской ПРО, которую будут строить НАТО и Россия. Вот только проблема в том, что строить ее Украине позволят только после того, как это ей разрешит Россия.Официальный Киев фактически проигнорировал один из важнейших саммитов НАТО, на котором РФ и Организация Североатлантического договора начали договариваться об интеграции или совместном функционировании систем ПРО. Суть концепции, которая обсуждается сторонами, состоит в создании единого периметра противоракетной безопасности с элементами ПРО и ПВО. Эта почти дружеская встреча в Лиссабоне без Украины смотрелась странно. На протяжении последнего десятилетия Украина всегда была активным субъектом общеевропейских процессов в сфере безопасности. В этот раз все было по-другому. Россия и НАТО начали сближаться, а Украина осталась на месте. С геополитической точки зрения здесь все предельно ясно: Украина окончательно превратилась в объект европейской политики, и ее судьба решается «большими» соседями. Другими словами, НАТО и Россия обо всем договорятся друг с другом.
А Киеву просто сообщат, как себя вести. Что интересно, Украина добровольно вызвалась на эту роль слепого котенка, объявив себя «вне блоков».
Виктор Янукович со времен своего первого визита в Брюссель последовательно избегает контактов с руководством альянса. И в этот раз он отказался от участия во Встрече глав государств и правительств (именно таково полное название саммита) под предлогом подготовки к саммиту Украина – ЕС. В это можно было бы поверить, если бы не сознательное понижение представительства украинской делегации до уровня министра иностранных дел. О действительных причинах нежелания наших президента и премьера участвовать в саммите можно лишь догадываться. В то же время нынешнее руководство Украины всегда утверждало, что отказ от вступления в НАТО позволит нормализовать отношения с Москвой. Однако отказ от вступления не обязательно предполагает отказ от сотрудничества. Но ряд фактов говорит именно об этом, в частности решение отказаться от натовского вооружения для перспективного корвета в пользу российского.
Между тем, учитывая сближение России с альянсом, неконфликтный по отношению к Москве формат общения Украины с НАТО на высшем уровне представляется не только возможным, но и необходимым. Это позволило бы Киеву сохранить статус активного участника общеевропейского диалога по вопросам безопасности, а не запасного игрока, следующего курсом, определяемым внешними силами.
В то же время нужно отметить, что Европа сыграла свою роль в этом выталкивании Украины на геополитическую обочину. Сначала было решение Бухарестского саммита НАТО 2008 года, которое оттолкнуло Украину от процесса подготовки к членству в альянсе. По сути, уже тогда Москва получила в НАТО право вето в украинском вопросе. Дальше последовали привычные разговоры о недопустимости существования «сфер влияния» в Европе. Но в результате давнишняя российская мечта о возвращении постсоветского пространства под свое крыло, очевидно, становится явью. Можно быть уверенным, что сближение НАТО и России в вопросах ПРО и Афганистана на практике проявится в легализации российского присутствия на территории бывшего СССР. Почти наверняка под предлогом содействия стабилизации обстановки в Афганистане Россия скоро сможет укрепить свое присутствие в постсоветских странах Центральной Азии.
