Конфликт между монопольным поставщиком импортного газа «УкрГаз-Энерго» и предприятиями группы «Приват» частично разрешился. Однако о полной стабильности и тем более прозрачности правил игры на газовом рынке Украины говорить пока рано. Возможно, отказ от ручного управления газовыми поставками будет оформлен в рамках подписания нового межправительственного украино-российского газового протокола, об активной работе над которым регулярно отчитываются представители Кабмина и Секретариата Президента. Также в ближайшее же время должна быть определена и формула формирования стоимости газа для конечных промпотребителей.8 ноября Днепропетровский Хозсуд запретил УГЭ ограничивать поставки газа «ДнепроАзоту» до принятия решения по сути. Таким образом, по крайней мере, до конца текущего месяца СП вынуждено поставлять газ этому предприятию, несмотря на свое нежелание заключать соответствующие договора. При этом, по словам менеджеров «Днепроазота», на предприятие поставляется только минимально необходимое количество газа.
В связи с этим контролируемые «Приватом» газотрейдеры «Индэко» и «Энергоальянс» все же начали поставки собственного газа из ПХГ на предприятия группы. По информации «Укртрансгаза», «голубое» топливо предназначено для «Днепроазота» (до 60 млн. м3) и ДМЗ им. Петровского (до 16 млн. м3). В то же время, руководство «Петровки» отмечает, что эти поставки перекрывают только четверть ее газовых потребностей. Перешли на собственный газ Николаевский глиноземный завод и «Запорожсталь», чьи владельцы решили не ввязываться (по крайней мере, пока) в судебную тяжбу.
В свою очередь, УГЭ одобрило факт перехода «некоторых частных промпредприятий на потребление природного газа из собственных ресурсов или ресурсов аффилированных с ними компаний». В целом, вышеупомянутые газовые проблемы можно рассматривать как частный случай очередного бизнес-конфликта с привлечением госорганов. Однако тревогу вызывает то обстоятельство, что при таком сценарии заложниками являются работающие промпредприятия, чье газообеспечение становится разменной картой и может быть принесено в жертву «высшим интересам». Более того, промышленников должен насторожить факт использования УГЭ своего монопольного положения в качестве весьма эффективного газового рычага в собственных интересах.
По оценке секретаря СНБОУ Виталия Гайдука, ситуацию в газовой сфере необходимо рассматривать, как процедуру давления с точки зрения смены собственников, корпоративных изменений и тому подобного». «Подтверждая» вышеизложенное, УГЭ обещает перекрыть газ в том числе и химкомбинату «Лисичанская сода», являющемуся конкурентом «Крымской соды», контролируемой совладельцем РУЭ Дмитрием Фирташем. Сложившаяся ситуация позволяет предправления «Лисичансксоды» Сергею Литвиненко утверждать, что «теперь любое предприятие, которое находится вне обоймы господина Фирташа, может быть моментально остановлено ввиду неподачи газа».
Безусловно, вышеприведенная оценка является достаточно субъективной и вряд ли такое обобщение справедливо для всей промышленности в целом. Тем не менее, в условиях фактического отсутствия на сегодня госрегулирования процесса монополизации рынка промышленного газа, когда украинским потребителям остается надеяться только на добрую волю УГЭ и формирующегося сейчас координационного комитета РУЭ, объективные предпосылки для сомнений в конкурентной безупречности РУЭ остаются.
